Археологи нашли в Фанагории район античных виноделен

Фонд Олега Дерипаска «Вольное Дело» поддерживал эти работы. По оценкам археологов, каждая винодельня входила в отдельное хозяйство площадью до 300–400 квадратных метров. Выходит, что на небольшом участке работало множество хозяйств, делавших вино.

О находке и о современной археологии в интервью Indicator.Ru рассказал руководитель Фанагорийской экспедиции Владимир Кузнецов.

Что нашли и что это значит

По словам Кузнецова, открытие совсем свежее, и предстоит разобраться во множестве деталей. Найти место, где давили виноград, — лишь первый шаг. Нужно выяснить, сколько вина делали, где рос виноград, как были устроены производство и сбыт.

Раньше вдоль берега уже встречали как минимум три винодельни, но пять на одном небольшом участке — новое наблюдение.

Кузнецов предложил прикинуть масштаб: если хозяйств было 50 или 100 и каждое выпускало по 10–30 тонн вина, объёмы получаются огромными. Он подчеркнул, что оценки предварительные и их ещё предстоит проверить. Но уже понятно, что Фанагория входила в число крупнейших центров виноделия, а её вино, скорее всего, везли далеко за пределы города.

Вино от античности до наших дней

Вино в этих краях делали и в Средневековье. Затем производство прервалось, но в XIX веке виноделие стало возрождаться — археолог вспомнил князя Голицына. Сегодня, по его словам, наступил новый расцвет.

Сам Кузнецов много лет любит красное вино и признаёт, что его оценки субъективны. Восемь лет назад зарубежные коллеги, приехавшие на международную конференцию, находили местные вина непригодными для питья, и он с ними соглашался. В последние годы качество заметно подросло.

Степень родства современных сортов и технологий с древними ещё предстоит установить, в частности генетическими методами. Кузнецов заверил, что экспедиция их проведёт, и допустил, что когда-нибудь удастся воссоздать вкус античного вина.

Зачем раскапывать не всё

Учёные исследовали лишь около 2% территории Фанагории. На вопрос, сколько уйдёт на 10% и на весь полис, Кузнецов ответил: вероятно, сотни лет, но смысла в этом нет. По его словам, «раскапывать всё подряд — безумие»: хватает репрезентативной выборки, ведь по отдельному участку можно составить представление обо всём городе.

Несколько десятилетий назад археологи работали в основном с ножом, кистью, нивелиром и теодолитом, а теперь 3D-модель можно получить одним сканером. Работа археолога, подчеркнул он, состоит в выявлении сложных взаимосвязей за историческими событиями, а не в поиске сокровищ с лопатой.

Проблема «чёрных копателей» сегодня стоит не так остро: государство больше внимания уделяет охране наследия, нарушителей меньше. Прежде территорию Фанагории охранял ЧОП, а сейчас там патрулирует мобильная группа Росгвардии. Если прежде всё ценное прятали, то сейчас можно оставить на месте хоть кошелёк.

Публикации, молодёжь и ИИ

Серьёзной изоляции науки, по словам Кузнецова, нет. Зарубежные магазины из-за санкций не отправляют книги, но коллеги присылают электронные версии. За последние годы экспедиция выпустила книги и статьи на английском в Германии, Бельгии, Нидерландах, Великобритании и Израиле, готовятся ещё две публикации. Работы Кузнецова читают как минимум в 30 странах, включая Японию и Бразилию.

Стажёры, по его оценке, увлечённые и образованные. Экспедиция много работает со студентами Кубанского государственного университета.

Кузнецов редко обращается к искусственному интеллекту: он сравнил его с синтезированным мясом и сказал, что предпочитает «натуральный продукт». Впрочем, он признаёт пользу ИИ в отдельных задачах, например в работе с крупными массивами данных.

Благодаря ежегодному финансированию фонда «Вольное Дело» удалось собрать хорошо оснащённую экспедицию: в ней трудятся порядка десяти докторов наук и около полутора десятков кандидатов. Эта поддержка, по словам Кузнецова, даёт возможность не только вести раскопки, но и заниматься фундаментальной наукой и развивать научно-музейный комплекс.